[ Каскадный ] · Стандартный · Линейный Смысловая аутентичность как онтологическая мера душевного здоровья личности

Тарас Денисенко
Смысловая аутентичность как онтологическая мера душевного здоровья личности
Опубликовано в Философском журнале Phenomen.Ru 26.01.2009.
Прямая ссылка: http://phenomen.ru/public/journal.php?article=64

Об авторе

Федору.
См. OUTPUT этого «ящика» ниже.

Евгению
и ВСЕМ.

Вот еще кое-какие соображения и пожелания, возникшие в свете последних дискуссий.

Надо уходить от тенденций говорить от лица науки за ВСЮ жизнь, и от своего лица – за ВСЮ науку и за ВСЁ человечество, предрешая их судьбу.
И дело здесь не в европоцентристской заносчивости. Усилиями Шпенглера, постмодернистов, и многих других западных мыслителей ХХ в., включая того же Хайдеггера, просвещенческий зуд европейской научно-философской традиции уже изрядно поумерился, и сейчас важней отделить в проекте Модерн некие пылкие юношеские заскоки от зрелых интенций, то есть, от самой этой проектности, поскольку последняя определяет уже не цивилизаторские амбиции европиоида, а экзистенциально-метафизический экстремум бытия человека.
Важно также заметить, что, говоря так, я не склонен усматривать у Вас завышенного уровня притязаний, как это делает, например, PhW, именно в виду того, что личностно-психологические нормативы, о которых говорится в моей статье, строятся у меня на иной, нежели калькуляционная, «системе отсчета».
Дело, стало быть, в том особо взыскательном подходе, который я и в статье, и в дискуссиях на форуме, «истинствуя» или, может, неистовствуя, применяю к понятию личность, тому, что оно означает, заключает и в себе и сообщает в том или ином контексте.

Взять, например, вот этот неуместный каламбур с «совокуплением». Кстати, когда я отвечал на Ваше сообщение, я не заметил, что в нем (сообщении) и речи не шло о половом вопросе. Настолько погрузившись в свои проектные медитации, и невозмутимо присовокупив к ним этот каламбур (присовокупил «совокупление», теперь каламбур в каламбуре получился ), я умудрился вплести его в свой гиперсерьезный дискурс.
(Впрочем, и автор каламбура, как он пояснил (в сообщении Даше), предельно серьезен, хотя никак не может отличить представление о бытии человека в целом (т.к. «человек» и «его бытие» для него, по всей видимости, «умножение сущностей без надобности») от когнитивного подхода в понимании этого бытия, в результате чего, извлекает онтологию человеческого бытия из «черного ящика сознания», и в самом его дискурсе все сводится к механическим манипуляциям: INPUT понятие трансцендентности, OUTPUT теология, INPUT признаю «Смысл категорией человеческого Разума», OUTPUT «определяю Существование физического Мира продуктом обработки кодов Информации о Воздействии на человеческое существо человеческим Разумом», INPUT вижу в человеческом Разуме «источник и потребителя формирования понятий физического мира Человеческим Сознанием», OUTPUT «утверждаю Познание вектором и смыслом человеческого существования», и всё в таком режиме, совершенно индифферентном, к тому, что же там в этом «ящике» происходит, к возможности пролить туда СВЕТ человеческого Разума. )

Так вот, если, все-таки, относительно взыскательности моего подхода смотреть, то дело ведь тут еще и в этой Вашей фразе о том, что личность «возникла из взаимоотношений двух и более лиц». Видите, эволюционистский дискурс создает своеобразные курьезы. В данном случае, это попытка вывести из отношений их актора, вместо того, чтобы просто сказать, что для своего становления личность нуждается в других. Ведь и сама эта нуждаемость тоже определенное отношение этой, становящейся, личности. И как вообще возможны бессубъектные отношения? Возможны институционализированные отношения, отношения закрепленные в праве или, например, возведенные в моральный закон, или воспетые как образец духовного величия, чтобы возыметь определенное нормативное и дидактическое воздействие и влияние на формирование личности. Но все это ведь не само по себе возникает, или, зародившись в отдаленных уголках вселенной, или спорадически, там, из каких-то случайных завихрений материи, которые затем, по соизволению нашего ума обретя телеологию, складываются в нечто гармонизирующееся и шагающее куда-то по восходящей. То есть не совсем понятно – откуда, дескать, ученые еще не пришли к консенсусу, и уж совсем не понятно куда.
А эта проблема «куда», в конце концов, уже не только теоретическая, так как это самое «куда» ну никак не хочет участвовать ни в каких научных конвенциях. В результате, когда начинается какая-то мировая смута, «эксперты» и «аналитики» начинают гнать пургу, суть которой – успокоить, «абы не было войны», а разного рода «интеллектуальная элита», в русле той же страусиной политики, – рассуждать о спасении какого-то «среднего класса». Вот – «всему миру рухнуть, а мне чтобы чай пить»!
Поэтому надо, вообще, уходить от этих, по инерции заимствованных у естествознания, тенденций рассматривать феномены человеческого бытия как какую-то туманность Андромеды, чтобы потом извлечь из нее свои собственные чаяния (тоже каламбур получился – чай и чаяния). В конкретно-научных исследованиях, насколько они определяются их предметом, методы точного естествознания могут быть вполне уместны, но они совершенно не приемлемы В ОБОСНОВАНИИ знания о человеке.

В конце концов, если мы не чужды христианской традиции, а мы ей не чужды, не зависимо от наших убеждений, исторически, то надо тогда всерьез подумать над тем основополагающим для ортодоксальной христианской антропологии догматом, что бытие личностью, ипостасность – это и есть тот самый образ и подобие Божие.
И тогда, одно дело, в духе светского гуманизма говорить о личностном достоинстве, личности как цели в себе, наивысшей ценности, другое, понять, что то сокровенное и уникальное в каждом из нас, что являетСЯ образом и подобием, выше всякого чисто ценностного понимания. И вопрос о личностной идентичности будет тогда затрагивать не какие-то ее о себе представления, неважно, уничижительно-критические они или, напротив, самовозвеличивающие, но ее воипостасность (ενυποστατόν), как возможность ее обожения (θέωσις), соединения в человеческой ипостаси тварной и нетварной природы. В этой синергии (συνεργεία) и состоит промысел Бога о человеке. И ужас тогда в том, насколько человек готов вместить в свое тщедушное существо ТАКУЮ благодать…
Эти догматы – не просто конвенциональные положения, но положения, основанные на той особой эмпирии, которой является опыт жития Святых. Но ведь научное сообщество, даже в качестве какой-то вспомогательной исследовательской модели, не сможет эти положения ассимилировать. Будет, конечно, мусолить, но сможет ли вписать ее, как и любой, в широком смысле, релевантный культурно-исторический опыт, в свои методологические нормативы – это проблема.
И проблема эта не в том, чтобы создать гремучую смесь науки и теологии, погрузить научный дискурс в схоластические блуждания или, по не совсем понятной прихоти, внедрить в нее те или иные фрагменты мировой культуры. Науке нужна некая внутренняя транспорентность, извиняюсь за выражение. Чтобы она не превращалась в этот вот «ящик Пандоры» или какой-то центр по спасению человечества, возвещая ему новые «Символы веры», но превращаясь, на деле, в некий мировой «Хоспис».

P.S. Согласен с Павлом (ответ на его сообщение пришлю позже). Именно – «СВОБОДО-СМЫСЛИЕ», которое и должно делать наши «черные ящики» транспорентными и в их INPUT и в OUTPUT-режиме функционирования.

Сообщение отредактировал Тарас - Mar 7 2009, 04:46 PM